news

17.02.1018 Это птица? Это самолет? Это открылся новый раздел Be my Valentine, суём свои любопытные носы туда, активно участвуем, веселимся, радуем Купидошу ♥

11.02.2018 - воскресенье - день тяжелый, но и он станет легче, как и вся грядущая неделя, если провести его с новым выпуском Daily News

17.01.2018 - доброго времени суток, милые, скорее спешите, ведь сегодня у нас два знаменательных события, в этот день на свет появились замечательные люди. скорее, торопитесь осыпать поздравлениями наших именинников Артура Кари и Дру Зода!

13.11.2017 - как громы среди ясного неба, ударил новый Флешмоб. спешим отметиться. лёгкой недели

2.10.2017 - для прогрессивных хирос на районе стартовал новый Флешмоб. доброго понедельника

21.08.2017 - вы не ждали, а мы припёрлись. Нежданно негаданно грянул Флешмоб. Лёгкой недели

14.08.2017 - доброго времени суток, коты. Настраиваем приёмники на волну ЛигаFM и слушаем Глас Администрации

25.07.2017 - не пропустите обновления новостей в Гласе Администрации. всех благ и лёгкой недели

23.07.2017 - а у нас во дворе, будет снова Флешмоб. всем бодрой недели

21.07.2017 - мир вам, обитатели планеты Земля. о последних новостях узнайте в теме Глас Администрации. выходные не за горами, всем добра

2.07.2017 - добра звёздочки. Узнайте о последних обновлениях на волне Глас Администрации. Доброго понедельника и хорошего настроения

27.06.2017 - доброго времени суток, коты. В обязательном порядке просьба пройти всех в Эту Тему

26.06.2017 - лёгкого и безоблачного понедельника, котики. Спешим на свежий выпуск новостей Daily News #4. Лучей добра и радости.

23.06.2017 - времени суток, милые. Для тех кто не еще не в курсе событий, улавливаем Глас Администрации. Добрейшего добра, в завершение рабочей недели.

4.06.2017 - доброго времени суток, звёздочки. В тон уходящего дня не пропустите свежий выпуск Daily News #3.

29.05.2017 - доброго времени суток не спящие и пробудившиеся. Спешим пожелать всем лёгкой рабочей недели и безоблачных будней, а для встряски вашего драгоценного внимания запущен Флешмоб.

22.05.2017 - завершился летний флешмоб, об итогах которого будет известно во второй половине дня. Спешим прочесть свежий выпуск Daily News #2. Лёгкого понедельника и безоблачных будней.

17.05.2017 - доброго времени суток и приятного времяпровождения милые звёздочки. За окном 17.05. и специально для вас, запущен прямиком из детства флешмоб. Тепла и улыбок вам в зените рабочей недели.

14.05.2017 - выходные подходят к своему эпическому финалу, в честь наступающей рабочей недели запущен дебютный Выпуск новостей. Лёгких рабочих будней и побольше приятных моментов.

12.04.2017 - проснитесь и пойте, после зимней спячки жизнь в стенах форума вновь зашевелилась. Всем не спящим в сиэтле просьба отметиться в данной теме. С любовью, Семейный Подряд.

Гостевая Сюжет Устав FAQ Занятые роли Нужные Шаблон анкеты Поиск партнера

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru


⇨ active ⇦


Justice League: New Page

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Justice League: New Page » Личные эпизоды » The memory remains [Martha Wayne, Thomas Wayne]


The memory remains [Martha Wayne, Thomas Wayne]

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

http://se.uploads.ru/t/PoFcd.gif

«

Похоронишь ли ты меня, когда я уйду?
Будешь ли учить меня, если я останусь?
Только на то время, пока я здесь,
Пока не придётся исчезнуть...

»

Дата\время: 7 июня 2016 года, 1:25 АМ
Место действий: Фамильный особняк Уэйнов
Участники: Martha Wayne & Thomas Wayne
Краткое описание: Когда ночь ложится на расслабленные плечи серых стен города, жизнь засыпает на время, уступая место новому очерку. Мальчишка был прав, воспоминания не исчезнут, не уйдут с рассветом, и ч первыми лучами солнца,
голова будет опять пухнуть как ноющая язва. Только эта смута вовсе не от похмелья. Томас утратил всё в своём мире, а теперь идёт уверенной тропой, чтобы повториться. Он обязан что-то исправить. Родовое гнездо. Как много воспоминаний с этим местом, еще месяц назад оно выглядело как могила семейных ценностей, но теперь всё иначе. Уэйн практически каждый день прогуливался у стен теперь уже своего дома, нового дома, который скоро обретёт новую жизнь, как и его новоявленный владелец.

+2

2

Грузовой фургон не больших габаритов свернул окружной городской дороги на двух полосовую трассу, ведущая в глубь материка за город.
Этой дорогой вообще редко пользуются, а кто-то и вовсе не замечает поворота, проносясь мимо. Лишь иногда сюда заезжать подростки по вечерам на своих машинах или мотоциклах, чтобы в сласть погонять без ограничения по свободной дороге и не схлопотать штраф, за который им потом еще придется оправдываться перед взрослыми. Не смотря на узость проезжей части, здесь не встречалось ни одного знака с ограничением скорости, хотя дорога имела парочку коварных поворотов, где подразумевается сброс скоростей. И если кто-то из приезжих, сидя в такси, будет проезжать этот поворот и спросит у водителя - а куда же ведет эта дорога. То ему ответят со вздохом - к развалинам.
Белый фургон немного сбавил ходу и теперь ехал еле-еле, словно его заставляют проделывать этот путь силой, через «не хочу», от чего машина сопротивлялась и старалась отсрочить момент. Но ведь дело не в машине, а в том кто этой машиной рулит... Еще в мае Марту посетила идея прогуляться и заявиться на памятные места, но от чего-то женщина откладывала свою поездку. Либо старалась не думать об этом, либо полностью погружалась в дела насущные. Хотя знала, что не далек тот день, когда данная идея захватит ее полностью и заставит подорваться. Собственно, так и произошло этой ночью когда у Марты закончились силы и доводы отмахиваться от навязчивой идеи взглянуть на тот самый дом. В этом нет ничего странного, ведь самые мрачны и потаенные мысли имеют привычку посещать ум именно в ночное время суток. Обычно людей, в подобной ситуации, тянет читать старые переписки с любимым, а кто-то начинает искать давние контакты чтобы написать ему или ей. Чаще всего действия подкрепляются не только желанием, но еще и алкоголем, ведь так удобно сваливать все свои «необдуманные» поступки на повышение градуса, а после по утру сокрушаться на самого себя. Загонять бесполезными вопросами, чтобы в дальнейшем вновь и вновь выискивать удаленные переписки и прочитывать их по-словам заново, погружаясь в бесконечный круг самоедства...
Пока женщина прогуливалась по городу и имела возможность находить общение с местными жителями, то многое что для себя выяснила. К примеру: случайный знаковый рассказал «туристке», что Поместье Уэйнов несколько лет назад пришло в упадок, после грандиозного разоблачения Бэтмена. Потом Марте рассказали, что на данный момент Поместье превратилось в стройку, что его кто-то взялся восстанавливать. Эта информация многим жителям казалась скучной и бесполезной, но Марта видела совсем другой подтекст. Она знала кто пытается восстановить былое величие Поместья. И мысль эта не покидала женщину на протяжении целого месяца, то и дело подталкивая психопатку добраться до дома и увидеть все своими глазами. Или это чувство ностальгии толкало в спину, давя на лопатки, посещая сонный разум по ночам. Прошлое, от которого не избавиться, нашептывало на ухо и заманчиво рисовало иллюзорную картину.
По-началу Марта игралась со своим воображением, стараясь представить перед внутренним взором бывший дом. Вот она идет по коридору, устеленным ковром, проходит мимо комнат. Подходит к лестнице и кладет свою руку на перила, делая первый шаг вниз по ступенькам... В майских снах ей снился парадный холл, освещенный мягким свечением от грандиозной люстры, которая поразила Марту с первого взгляда, когда она попала в Поместье еще молодой и будучи не замужем. Ей снилась их общая спальня и закрытая дверь. Память услужливо дарила Марте интерьер Поместья со всеми мельчайший подробностями. Порой даже с музыкальным сопровождением, от чего женщина тут же просыпалась и оглядывалась по сторонам. Перед ее глазами все еще стоит образ большой библиотеки, где она любила проводить много времени, включая для фона радио или же ставя проигрываться джазовые пластинки. Но стоило осознать реальность и вспомнить о том, кто ты, как пробуждалась злость вперемешку с сожалением. В такие моменты Марта обнимала себя за плечи и утыкалась лицом в коленки, поджимая ноги к груди. Она ненавидела эти сны за их реалистичность и атмосферу былых времен, когда в семье Уэйнов все было хорошо. Но больше всего Марта не любила свои майские сны из-за закрытой двери.
«Где-то из далека доносится мелодия. При желании, к ней можно даже не прислушиваться, ведь она так далеко, что угадать мотив невозможно. Женщина стоит в коридоре на втором этаже прямо перед дверью. Она закрыта, но не заперта. Достаточно притянуть руку и взяться за ручку, повернуть, и дверь откроется. Но Марта стоит без движения и старается прислушаться к мелодии или же заставить себя пойти дальше. Не важно куда, даже если ее затянет болото. Закрытая дверь - это дверь детской комнаты.»
Этот сон посещал Марту чаще всего, но он не дарил ей счастью или уверенность. Марта пыталась открыть дверь и пройти в комнату, но на том моменте, когда ей удавалось приоткрыть дверь, сон тут же менялся или же заканчивался вовсе. Не смотря на всю детальность, женщина так и не смогла увидеть во сне комнату своего сына, словно это кто-то удалил из ее памяти.
- Словно его и не было...

Хоть метеорологи и предсказывали облачную погоду в ближайшие три дня, этой ночью над Готэмом нависло чистое небо со всеми своими красотами, начиная от далеких звезд и заканчивая белесым месяцем. Одна из самых ярких ночей в Готэам-Сити, и первая в этом году. Именно этой ночью Марта решила все же добраться до Поместья Уэйнов в надежде, что сможет избавиться от неприятных и навязчивых снов. Она быстро и решительно завела фургон, тронулась с места и в короткие строки добралась до того самого поворота... И если пол часа назад Джокер была уверена в своей идеи, то теперь ее стали посещать сомнения. Нога больше не вдавливала педаль газа, а слегка лишь надавливала, чтобы машина не остановилась вовсе.
- Кого ты пытаешься обхитрить?
Сердце в груди бешено колотилось, разгоняя кровь, от чего женщину даже немного бросило в жар. Сталкиваться со своими призраками всегда дело щекотливое, требующее мужества и стойкости. И сейчас Марта колебалась...
Перед последним поворотом, фургон все же останавливается, но мотор продолжает тихонько шуметь. Понадобилось минуты две, чтобы успокоить свое сердце в груди и прочистить разум от ненужных мыслей.
- Если я не сделаю этого сейчас зайдя так далеко... так и останусь на своем месте, а с каждым днем буду все слабее.  Это же просто развалены, хах.
Обратившись за поддержкой к своему безумию, Марта нашла таки в себе силы надавить на педаль, минуя последний поворот. Из-за деревьев показались высокие ворота, распахнутые, готовые впустить любого желающего. Марта затормозила, уводя фургон на обочину, и заглушила мотор. Ночь была теплая, так что Марта покинула свое жилище в облегченных брюках и блузке, поверх которой на плече и через спину был натянут ремень от кобуры. На лице отсутствовал грим. Этой ночью Джокер не искала себе врагов или повода для драки, но Готэм приучает своих детей всегда брать с собой оружие.
- Еще одни ворота на моем пути.
Под подошвами туфлей скрипел гравий, и это был единственный звук на всю ближайшую округу. Убрав руки в карманы брюк, женщина склонила голову рассеянно шагая вперед, подбираясь все ближе. Ранний месяц светил не достаточно ярко, чтобы можно было разглядеть покосившийся старый дом, но и этого было достаточно.
- Хм. И в самом деле, развалины. - проговорила Марта останавливаясь возле центральной клумбы, которая потеряла всю свою былую роскошь. А ведь когда-то, когда Марта являлась хозяйкой этого Поместья, то мечтала разместить на центральной клумбе небольшой фонтан.
«- Это бы придало свежесть парадной.» - объясняла она тогда Томасу.
Они планировали заняться фонтаном следующим летом...

+3

3

В кой-то веке, Томас не старался хвататься за призрачную череду приевшихся мыслей. Воспоминания не были такими гулкими, как это случалось обычно. Приторный привкус прошлого пусть и вертелся на языке но, уже не обжигая горечью, скорее, терпкое послевкусие, вполне игнорируемое. Вдыхая полуночную жизнь, мужчина неспешно шагал по тротуару, всматриваюсь в неосторожные силуэты, ловя небрежные очертания вздрагивающих в полумраке теней. Как это всё до боли знакомо, и всё же, столь чуждое, столь непривычное. Не мог подумать, предугадать, что происки судьбы ударят по самому больному, выворачивая наизнанку измученную годами плоть. Всё еще не укладываются в голове мысли, рассыпаясь призрачным сумбуром в голове. Но почему он, здесь, в чужом мире, ощущает себя так, будто пробыл целую вечность. Досыта утолив жажду неясностей размытым сумбуром, мужчина невольно ощупывал старые кости, которые настырно подвывают в тон неспокойному вечеру. Середина лета в этих краях ощущалась отголосками, будто беспокойная осень заплутала во днях, осторожно ступая в темноту одиноких проулков. Лёгкая прохлада скользнула по грубым морщинам, воздух к полуночи стал мягче, ласковее. Затаившееся волнение умолкло, словно и не было его вовсе. В коем-то веке, Томас просто дышал. Не горечью пылающих развалин, не мерзким смрадом разлагающейся плоти, пропитанной алкоголем, а воздухом насыщенным сладковатым озоном, вдыхая полной грудью, чтобы не задохнуться, не закашляться, и чтобы голова не шумела ворохом застарелого пепла.
Осторожно прикрывая створку балконного блока, Уэйн неспешно двинулся в коридор. Пальцы уже и забыли, как сложно совладать с миниатюрными пуговицами рубашки. Куда проще разобрать человеческую тушу на молекулы, аккуратно извлекая внутренности, чтобы не повредить кожу, или же до мельчайших деталей перебрать Беретту. Задумываясь об этом, Томасу стало противно видеть себя таким. В какой момент всё изменилось, когда он перестал ощущать связь с реальностью, чтобы со всего маха броситься в бездну нового, ранее невиданного? Это никак не похоже на того человека, что снопами обращал преступность в сырьё для коронеров. И стоя возле зеркала, всматриваясь в грубые очертания отражения, Уэйн пытался увидеть ответы к собственной неясности. Хотелось наивно думать, проявляя слабость, что виной всему новый мир, что вся эта таинственная мишура ослабила хватку, сделала его, Рыцаря Возмездия слабым, неспособным дать отпор каким-то там смутным чувствам, блёклым сомнениям. Всё было иначе. Сломался старик? Томас тихо вздохнул, надевая пиджак. Выходя из номера отеля, мужчина привычным делом прихватил со столешницы из красного дерева серебряную флягу. С лихвой глотнув содержимого, Уэйн направился к лифту, оставляя за спиной череду странных и совершенно ненужных мыслей. Только полночь, только желанная прохлада и ничего больше. Поймав на себе сонный взгляд юнца крутившегося возле стола регистрации, Томас приветливо улыбнулся и уже спустя пару минут, терраса отеля «Готэм» встретила бессонную душу тихим шепотом ветра, целующего серый лик влажного асфальта. Неспешно ступая по тротуару, мужчина ослабил хватку галстука, который так настырно не давал насытиться холодящим ароматом озона. Город встретил ночного гостя напряжённым молчанием, словно грозный родитель, выжидающий удобного момента для беседы. Всё те же резные бордюры, поржавевшие стоки и исполины небоскрёбы, упираясь острыми шпилями в темные облака, всё тот же шепот за углом, испуганные случайным прохожим тени, всё та же музыка тишины, так неспокойно обрывающаяся кодой полицейских сирен, завывающих где-то далеко. Как давно уже не было таких минут. Некуда спешить, незачем обременять голову лишними размышлениями, когда вдоль понурых стен домов можно просто идти, размеренно, молчаливо, отпустить осадок расколотых мыслей вслед за ушедшим днём, и шагать, вслушиваясь в рассыпчатое эхо улиц. Полной грудью вдыхая полуночную свежесть, Томас по привычке ёрзает в кармане, чтобы вытащить на свет флягу. Пару глотков ударяют приятным теплом по вискам, приводя в чувства. На выдохе роняя невольный смешок, Томас приостанавливается, чтобы рассмотреть высотный шпиль наследия Уэйнов. В ту самую минуту мужчина почувствовал, будто кто-то незримый сжимает свою ладонь, держа в руке старое сердце.
«Тише, тише старик. Успокой своих чертей, уж больно расходились скоты. Сколько раз ты пытался убежать от судьбы, а в конечном итоге возвращался к начальной точке. Нет уж, её стерву не обманешь, как бы не хотелось. Прохладно. Так легко. И… Спокойно? Неужели всё еще способен чувствовать? Знаю, что тебя пугает это затишье, всегда пугало, ведь стоило едва прикрыть веки, как на голову выпадал град из камней. А может быть, просто стоит притихнуть малость? Прикинуться что всё в действительности не так? Да уж, посмешил так посмешил. Завязывай, старик, просто заткни ту зияющую дерьмом дыру в голове, и дыши свежим воздухом. Не хватало еще провести остаток ночи, захлёбываясь мигренями…» - отдаляясь от отеля, Уэйн шёл неторопливо, раскашивая гулкий ворох мыслей крепким алкоголем. Осознанно ли, или будь то воля случая, но ноги привели мужчину к кованной изгороди, не так давно выкрашенной заново. Запах древесной стружки приятно скользнул у самого носа, а горько-сладкий привкус смесей, настырно застрявший в горле, лишь добавил контраста в картину строительной симфонии. Еще до того как прибыть в этот мир, Томас прекрасно помнил очертания фамильного гнезда Уэйнов своего измерения. Бесстрашный Рыцарь Возмездия искал любые способы миновать этот тёмный угол, желая его оставить вместе со всеми своими воспоминаниями в самой глубокой могиле, и по собственной воле, Том ни за что, не при каких обстоятельствах не приблизился к проклятому месту. Слишком много боли впитали себя стены поместья. Но здесь, всё по-другому. Возможно, это стоит объяснить какими-то диковинными научными понятиями, только, глава семейства не искал заумных речей, он просто поступал, как велит воля, как говорит сердце, да и вовсе не желал вытаскивать из трещащего от серости черепа подобие возвышенных фраз. Но, стоит только прикрыть глаза…
Предчувствия заиграли в подкорке разными оттенками, ощущение чужого присутствия поблизости ударило по вискам, заставляя костяшки пальцев сжаться до треска. Кто-бы не пробрался к особняку, нарушая едва слышным шорохом святость полуночного молчания, он совершил огромную ошибку… Уэйн мысленно представлял, как будет выламывать запястья, преподавая годный урок незваному гостю, как внезапно, её взгляд дрогнул, улавливая знакомый силуэт. Сердце ударило молотом и замерло, будто опасаясь разрушить неясный миг изорванной реальности. Это была женщина…
- Зачем ты здесь... – тихий баритон стелился клубами дыма по измазанному пеплом и цементом камню, устремляясь к мраморной резной глыбе. Томас пришёл бесшумно, как тень, нетрудно было понять, что женщина не ожидала такой встречи. Уэйн тоже не ожидал.
- Ты всегда старалась миновать дом… наш дом, в нашем мире. Что изменилось теперь, Марта? – мужчина говорил шепотом, но казалось, что этот тихий шелест старого баса был способен перебить раскаты грома.
- Зачем?

+3

4

- Которого не настало.
Конечно же лето пришло, ведь никто не властен над природой или погодными условиями. Но для семьи Уэйнов все переменилось, а мир им стал казаться серым и мрачным, как кинолента устаревшего фильма. В их жизни никогда уже не наступит лето. Солнце, даже самое яркое, не согреет их тела. Ночь не будет являться знамением к новому дню, ведь он ничем не отличится от предыдущего. Спустя время Марта поняла, что ее навсегда лишили счастья и повода для радости. В тот час женщина засмеялась, а из ее глаз потекли слезы отчаяния. Ей так больно было смириться с неизбежной потерей, что проще было сойти с ума.
- Возможно это говорит о моей слабости или глупости... Разве умно винить во всем обстоятельства? Любая другая женщина на моем месте... с ней бы разве случилось тоже самое?
Женщина не хотела думать о своих корнях и выискивать там доказательства того, что в ее генах есть склонность к шизофрении. Какой бы ответ она не получила - это не изменит уже того что произошло. Ей нет нужды докапываться до истины и искать виноватого, как это делал ее муж. Хотя Марта понимала, что Томасу не легче, что он спасается тем, что хоть что-то делает, пусть это и бесполезно. И Марта видела как ее муж, ныне всегда энергичный и спокойны, точно знающий свой следующий шаг, с каждым днем терял свое очарование, которое когда-то так нравилось в нему супруге. Их разрушенная жизнь повергла их в пепел и обрекла на ужасную смерть, которую теперь каждый из них стремится отыскать в этом мире или же том... Воспоминания. В них больше сожаления и гнева, чем радости и жизнелюбия, ведь они так мало прожили в мире.
Марта делает еще один шаг, но тут же замирает, стоило лишь услышать первые звуки знакомого голоса. Сердце в груди сжимается вопреки всем ожиданиям, и женщина испытывает неуверенность. Словно дикое животное, лапа которого угодила в капкан, а охотник уже нацелил свое ружье в глазницу - так замирают сиренные покойники, не имея возможности сыскать выход и спастись. «Ну а на что ты рассчитывала, когда решила попереться сюда? - вторил внутренний голос, - Что в этот поздний час наткнешься на рабочих? Это смешно, милочка. Смешно!»
Невидимые цепи, что сковали Джокера, развеялись, разрешили ей вобрать воздух и наполнить им легкие в тот момент, когда мужчина подходил ближе. Марта не видела его лица, но от чего-то ей казалось, что Томас действует слегка нерешительно.
- Смотрю, ты тоже не ожидал встретить здесь кого-либо. - уклончиво ответила Марта, упорно не поворачиваясь к мужу лицом.
Они так часто сталкивались по ночам в городе, почти досконально изучив новые повадки друг друга, что сейчас Джокер безошибочно могла придти к выводу, опираясь лишь на свой слух, что Томас явился к ней не в образе Ночного Мстителя. Это угадывалось по шагам мужчины.
- Как и ты... Томас. - тихо произнесла женщина.
Она уже не могла сдерживать своего любопытства, так что обернулась и встала боком, лишь бы взглянуть на мужа. Ее предположение оказалось верным, и все же вид, некогда родного ей человека, в простых брюках и рубашки сбивал с толку. Когда я видела тебя таким в последний раз? Не по телевизору...
- Не плохо выглядишь, старик, для своих лет.
Хоть Марта и пыталась вложить в сои слова язвительный тон, но попытка провалилась, а в горле образовался ком. Ее взгляд уплыл куда-то в сторону, предпочитая рассматривать темные деревья, окружающие Поместье. Они всегда казались такими спокойными и величественными, заставляющие испытать таинственный страх и вместе с тем душевное спокойствие. Вот и сейчас Марта обратилась к лесу, желая перенять хоть долю их спокойствия.
- В сущности ничего не изменилось. Просто тогда не было повода и желания приходить к месту, где тебе давно не рады. Смотреть в окна, за которыми уже давно погас свет. Подвергать себя ненужному насилию... зачем? Хах.
Одно и то же слово. Один и тот же вопрос, который всегда остается без ответа. Но ты упорно задаешь мне его снова и снова. Неужели так сложно догадаться самому? Или тебе так необходимо внести ясность?
- Я могу задать тебе тот же вопрос, дорогой. - найдя в себе силы и уверенность, женщина вновь смотрит на мужа и делает пару шагов навстречу, - Что тебя заставило придти сегодня сюда? Ты как... ты как старый волк, потерявший свою стаю, все никак не можешь найти покой и смирение. И зачем-то ввязался не в свою войну. Думаешь, что так будет правильно?
Марта не собиралась произносить этих слов, ей не нужны были ответы. Но от чего сердце вновь забилось так сильно, стоило оказаться чуть ближе к Тому? Так много вопросительных знаков, особенно там, где их не должно быть. Это заставляет девушку опустить голову и прикусить губу, борясь с чувством досады и ненависти, не понимая лишь одного - кому посвящены все ее самые яркие эмоции. Их природа таинственна сама для нее.

+3

5

Поджав губы, Уэйн постарался не нарушить той святости гулкой тишины, стелящейся плотным ковром. Как игла стрелы старого проигрывателя пластинок, слова текут своим чередом, соскальзывают с пересохших губ в пустоту, бесследно, чтобы вновь вернуться к основанию. Сколько раз нужно прослушать эту запись, чтобы взорвавшись на крик разбить чёртову пластинку вдребезги? Или же самобичевание, как удел измученных воспоминаниями? Томас слушал каждое слово, осторожной россыпью в тиши, падающее в самую глубину избитой и растерзанной души. Больно просто слушать, до скрипа в скулах, тогда почему не прекратить всё это прямо сейчас? Уэйн не мог дать ответ. Или же не желал.
- А ты? О чём думаешь ты, Марта? – мужчина шагнул ближе, неведомая сила толкнула его вперёд, заставила предстать перед этой женщиной, скрывшей истинную красоту уродливыми шрамами. Ту красоту, коей не было и нет равных, ту красоту, что нельзя узреть глазами, её можно только почувствовать, понять. Даже сейчас, спустя годы крови и сонм призраков, Томас всё так же не страшился подойти к той, в чьих глазах отражалось совсем не безумие, а страх погрязнуть навсегда в пучине небытия созданного неистовством судьбы. Будто зеркальное отражение, чудовищная изнанка его милой Марты, его возлюбленной, что даже в самом тёмном месте на земле всегда хранила искру надежды в сердце, и он – бесславный старик, убивающий без зазрения совести, укрывший свой лик под маской монстра. Нет, монстр сейчас стоял перед бледным станом женщины утратившей всё. Монстр, которому не хватило смелости признать слабость, вместо того чтобы прятаться в тенях прошлого, крепко держать настоящее, держать и не выпускать. Больнее не будет, не теперь.
- Время, когда я мог поступить правильно, прошло. Но я здесь не для того чтобы повторять ошибки, не для того чтобы исправлять, а для того, чтобы их не совершать. – едва ступая вперёд, Уэйн смотрит в глаза женщины, пытаясь увидеть в них хоть крупицу тех времён, когда он не мог надышаться счастьем, глядя как супруга улыбается. Это безмолвный крик души, крик в пустоту, которого никто не услышит, которому не суждено просочиться наружу, сотрясая воздух истошным воем. Сколько еще несказанных слов, и сколько выбито из рассудка громких необдуманных речей, брошенных отчаянием, ненавистью. Томас не желал тревожить этот ворох, подымая осадок с самого дна, потому, прежде чем что-то ответить, мужчина мешкал, осторожно обтёсывая зазубрины и сколы мыслей.
- Многое упущено, но по чьей-то воле мы оба живы. Я не верю в судьбу, мне вполне хватает того что вижу перед глазами. – кисть небрежно вздрогнула, невольно потянувшись будто по мановению, грубые пальцы осторожно касаются чужой кожи, заковывая хрупкую девичью ладонь в свою. Не холод обжигает разум, не едва ощутимая дрожь, а прикосновение другого человека. Внимательно рассматривая очертания шрамов скрытых спешным гримом, Уэйн старается удержать в себе тяжкий вздох, или хотя бы сгладить его, чтобы не показать собственных эмоций. Хотя, уже нет смысла, когда мужчина держит руку полуночной гостьи, словно пытаясь передать незримую крупицу эмоций, сквозь одно лишь касание. Томас не отводит взгляд, хмуро улавливая каждый чуть слышный вздох.
- Помоги мне не совершать ошибок. – когда тихий бас тонет в густой пелене глуши, голос становится в разы тише, пока вовсе не переходит на шепот. Словно в первый раз, повстречав эту девушку, Уэйн чувствует, как изнанка сознания вздрагивает, дышит недосказанностью, вспыхивая желанием ухватиться за каждую неверно отсчитанную секунду жизни. Понимание устало кладёт свои тяжкие длани на плечи мужчины, снова и снова хватая за шкуру, чтобы утащить в пределы реальности, но, некогда любящий муж и отец попросту отмахивается. Он до безрассудства устал каждый следующий раз идти на поводу расколотого рока, чтобы стиснув зубы разбивать кулаки в кровь о твердь бетонных стен персонального ада, где своды – гулкие очертания прошлых лет. Это всё ошибки, десятки и сотни ошибок, совершённых под гнётом тёмных эмоций. И каково бы не было осознание, Уэйн продолжал падать, пока безмолвная твердь асфальта молчаливых улиц не стала печальным финалом.
- Если всё это не шанс измениться, тогда что? Помоги мне, Марта. Помоги нам. – говорят, когда любящие сердца слышат друг друга, их голоса затихают, пока вовсе не растают в тиши. Томас Уэйн всё еще отчаянно хранил в долгих коридорах воспоминаний крошечную комнату, существование которой обречённо тухло в пламени изуродованной реальности. Подобно крошечной фотографии, что носят под сердцем во внутреннем кармане старого пиджака, и когда наступают моменты горького отчаяния, рука осознанно тянется к обрывку затёртой карточки с опалёнными краями. Невзрачная фотокарточка краше любого яркого снимка на свете, достаточно просто коснуться, чтобы понять, чтобы помнить, чтобы знать и не забывать. Уэйн не забывал, пусть и никогда не признавался. Был слишком увлечён размытым понятием возмездия, пока вовсе не утратил здравый рассудок, и теперь, сквозь часы, дни безрассудной войны, он получил шанс жить. Если не для себя, то хотя бы для неё

+3


Вы здесь » Justice League: New Page » Личные эпизоды » The memory remains [Martha Wayne, Thomas Wayne]